Со 2 февраля в российских кинотеатрах показывают новую картину Асгара Фархади «Коммивояжер». Он получил приз в Каннах за лучший сценарий и мужскую роль, а теперь еще и номинирован на «Оскар», как лучший фильм на иностранном языке. Это одна из немногих иранских кинолент, с которыми знакомится Россия. Почему же мы так мало знаем о кинематографе Ирана?

 

Россия ориентирована на проверенный Запад

Российские дистрибьютеры привыкли работать с западными фильмами. В них изображается привычная для нас действительность, работают проверенные режиссеры и актеры, на которых не страшно положиться. Прокатчик хочет быть уверен, что фильм, за который он берется, окупится и не принесет ему лишней головной боли. 

Иногда из западных стран к нам попадают иранские кинокартины. Там они проходят проверку на популярность и, получив награду на каком-нибудь фестивале, отправляются покорять российского зрителя.

Афиша фильма Асгара Фархади "Коммивояжер" для российского проката / источник фото: wikipedia.org

«Мы решили заняться „Коммивояжером“ не потому, что он иранский, а так как нам посоветовали наши французские партнеры, которые его продюсировали. Мы ожидали, что кинолента получит приз в Каннах, но номинация на „Оскар“ стала для нас настоящим чудом. Это тоже может сыграть нам на руку в продвижении фильма», — говорит Владислав Пастернак, представитель ПРОвзгляда, компании занимающейся прокатом новой картины Асгара Фархади в России.

Ориентироваться на Восток сложно. Уйма непонятных для нас традиций и обычаев. Иное мировосприятие. Наш человек может не понять. Возникают сложности с переводом фильмов. Не последнюю роль играет религиозный фактор, который порой сильно влияет на сюжет картины и даже отношение зрителя к ней.

Афиши фильма "Мухаммад: посланник Всевышнего" на закрытом показе в Москве / источник фото: личный архив

Фильм «Мухаммад: посланник Всевышнего» иранского режиссера Маджида Маджиди во время своего небольшого проката в России чуть ли не стал причиной раскола российских мусульман. Премьерный показ состоялся в Москве и собрал более полутора тысяч человек. Но после него сразу несколько муфтиев высказались против демонстрации картины и обвинили её в нарушении исламских норм. Кинолента была показана в Санкт-Петербурге и Махачкале. В последнем городе была встречена на ура. Билеты раскуплены за две недели вперед. Мест в залах не хватало. Но даже здесь не утихали споры о том, должен ли смотреть правоверный мусульманин «Мухаммада: посланника Всевышнего» или нет. Кто из дистрибьютеров готов взять на себя ответственность за показ фильма в других городах, остается предметом переговоров до сих пор.

 

Иран показывает миру не попкорн-муви

Иранское кино можно разделить на фестивальное и для внутренней аудитории. Такое сегментирование в какой-то степени уникально. Ведь если говорить о российском кинематографе, то обычно на фестиваль отправляются те же фильмы, что и идут в широком прокате. 

Иранский кинематограф, направленный на внутреннюю аудиторию, по большей части производит развлекательные картины, которые сильно уступают по качеству голливудским.

Асгар Фархади и исполнители главных ролей в фильме «Коммивояжер»: Таране Алидусти и Шахаб Хоссейни / источник фото: tasnimnews.com

Но вот фестивальное кино — настоящая жемчужина. Оно самобытно и высоко ценится на международном уровне. Иранские режиссеры часто становятся победителями различных премий. В 2016 году Асгар Фархади и его «Коммивояжер» получили приз за лучшие сценарий и мужскую роль в Каннах, а в 2012 году он был награжден «Оскаром» за картину «Развод Надера и Симин». В 2015 году Джафар Панахи выиграл «Золотого медведя» на Берлинале за «Такси». Аббас Киаростами стал победителем Венецианского фестиваля в 1999 году и Каннского в 1997 году. 

Необычный взгляд на вещи и непривычные приемы придают иранскому кино загадочность и недосказанность. После просмотра обязательно остается особое послевкусие, которое понятно только настоящим ценителям интеллектуального кино. А их немного. В основном такая аудитория представлена в Москве и Санкт-Петербурге. Во-первых, здесь больше всего площадок, специализирующихся на артхаусных фильмах, а, соответственно, и больше зрителей. А во-вторых, здесь проживает та аудитория, которой интересна именно иранская культура.

 

Иран — Terra Incognita

Иран остается для нас страной-экзотикой. И хотя в мире иранский кинематограф высоко ценится, для многих наших граждан он остается в тени. Хотя в нем присутствует та душевность и глубина, которая свойственна родным российским фильмам. То, за что мы так любим Тарковского, Кончаловского, Звягинцева, Балабанова и других именитых режиссеров, работы которых словно учебники по психологии.

Никита Михалков и иранский режиссер Маджид Маджиди / источник фото: личный архив

Иранские режиссеры хирургически точно выявляют всю тонкость взаимоотношений между людьми. Появляется чувство, что наши миры все-таки похожи. Владислав Пастернак поделился с Иран Сегодня, что многие, кто смотрел «Коммивояжера» были удивлены, насколько режиссеру удалось сблизить зрителя с героями. Все увидели сходство между средним классом в Иране и на Западе.

Однако пока залезть в иранский кинематографический чан нашим дистрибьютерам не хватает смелости. Слишком это рискованно. Снова уже знакомая нам отговорка: «Наши могут не понять». Но смельчаки все равно находятся. 

Кинопрокатная компания A-ONE FILMS в начале лета 2016 года порадовала своих зрителей иранским детективом «Приходит дракон» режиссера Мани Хагиги. Это не фильм, а настоящий салат из стилей. Безумное кино для души, которое представляет собой детектив-псевдодокументалистику, отдающий каким-то сюрреализмом, спрятанным в оболочке американского нуара. Сумасшедшее сочетание. И не сказать, что компания была уверена в успехе картины. Но «Приходит дракон» все-таки отблагодарил своих прокатчиков, и, как говорят, отбил затраченные на него деньги и даже вышел в плюс.

Кадр из фильма «Приходит дракон»

Хочется верить, что это не последняя иранская работа, которая смогла порадовать российских прокатчиков и зрителей, а «Коммивояжер» добьется даже большего успеха. Может, когда-нибудь иранское кино будет приходить к нам напрямую из страны-производителя, и россияне перестанут путать Иран с Ираком, а возможностью показывать интеллектуальные фильмы будут обладать не только города-миллионеры. Это пошло бы на пользу не только зрителю, но и российским режиссерам, для которых откроется новый источник вдохновения.