«О люди! Мы создали вас мужчиной и женщиной и сделали вас народами и племенами, чтобы вы знали друг друга. Ведь самый благородный из вас пред Аллахом — самый благочестивый. Поистине, Аллах — знающий, сведущий!». Именно этой цитатой из Корана вдохновлялись основатели и участники движения шуʻубийя, ратовавшего за равное положение всех народов в Арабском халифате.

Карта Аббасидского халифата в IX веке / источник фото: infourok.ru

 

Истоки

В 750 году род Аббасидов сверг правившую в течение почти ста лет династию Омейядов. Политика Омейядов, провозглашавшая превосходство арабов над прочими народами государства, вызывала серьезное недовольство, ведь арабы уже давно составляли меньшинство в халифате. Такая дискриминация выражалась даже в названиях — неарабы именовались словом ʻajam («говорящие неясно, мямлящие») в противовес арабам (ʻarab «говорящий ясно»).

Апогеем этого недовольства стало восстание Абу Муслима (700-755), раба, по всей видимости, иранского происхождения, который был освобожден Аббасидами (по одной из версий, он был их рабом). После обретения вольницы он был направлен Аббасидскими пропагандистами в Хорасан, где стал их личным представителем. Прибыв в Мерв, он начал агитацию среди местного, по большей части иранского, населения. Его талант пропагандиста позволил за короткое время собрать армию недовольных своим положением в халифате — среди них были и арабы, уставшие от Омейядов. В июне 747 года Абу Муслим выступил против халифа Марвана II (правил 744-750). Так началось восстание, положившее конец владычеству Омейядов.

Памятник Абу Муслиму / источник фото: wisgoon.com

 

Новые роли

Пришедшие к власти при поддержке неарабских народов на волне антиомейядских настроений Аббасиды просто не могли сохранить существовавшее положение вещей. Центр халифата был перемещен из Сирии в Ирак, одну из важнейших провинций бывшей империи Сасанидов. А новая столица, Багдад (с персидским, заметим, названием — «данный Богом»), была выстроена на берегу Тигра — в том числе для того, чтобы быть ближе к Хорасану — оплоту их сторонников. Перенос центра халифата в бывшие провинции Сасанидов не мог не сказаться на культурной и общественной жизни: в ней все большее значение имели неарабы, в первую очередь иранцы.

Иранцы начинают играть важную роль в бюрократической системе Аббасидского государства. Там они почти что оккупируют класс «людей пера» (ahl-e qalam): занимают посты писцов, казначеев и даже визирей — известный род Бармакидов служил визирями нескольким Аббасидам. Занимая должности в системе бюрократии, они приносят туда сложившие в период Сасанидов методы управления и придворные обычаи. Можно сказать, что сама система Аббасидского двора была создана их иранскими служащими.

Ученые в багдадской библиотеке Аббасидов / источник фото: wikipedia.org

Представители неарабского населения оживляют культурную жизнь халифата: они становятся поэтами и литераторами, историками и географами, философами и учеными. Иранцу Сибавейхи принадлежит первое систематическое изложение арабской грамматики. Бухари (выходец из Бухары) составляет самый авторитетный сборник хадисов. Философ Фараби, родившийся на территории современного Казахстана, за свою деятельность получает почетное прозвище «Второй учитель» (первым был Аристотель).

 

Дом мудрости

Подобный рост социального, политического и культурного влияния неарабов на жизнь халифата приводит халифа Мамуна к мысли об открытии «Дома мудрости», своеобразной библиотеки, где будут собираться и переводиться на арабский язык сочинения греков, индийцев, иранцев, сирийцев и т.д. Первоначально халиф, симпатизировавший богословскому учению мутазилитов (арабскому по своей природе), считал, что таким образом они, его фавориты, получат необходимый материал для полемики с конкурентами. Ситуация обернулась иначе — «Дом мудрости» стал центром переводческого движения. Там переводились и изучались труды философов, астрономов, врачей, а также работали великие ученые. Считается, что именно благодаря деятельности «Дома мудрости» средневековые европейцы «познакомились» с трудами Аристотеля и Платона — в Европу они попали в виде переводов с арабского на латынь.

Философ Аль-Фараби на советской почтовой марке / источник фото: wikipedia.org

 

Новые аппетиты

Такой рост значения неарабских народов в жизни халифата привел к их справедливому желанию о признании их равенства (если не превосходства) с арабами. Результатом этого стало появление движения шуʻубийя, основу которого составляли в первую очередь литераторы. Основной темой их сочинений было сравнение славного доисламского прошлого иранской цивилизации с примитивным образом жизни араба-кочевника. Зачастую представители движения высмеивали незатейливую «диету» арабов, называя их поедателями мышей, змей и ящериц. Некоторые шуʻубиты бахвалились тем, что мало знакомы с арабской культурой или исламом, так как не видят в них никакой ценности. Считается, что движение шуʻубия стало мощным толчком к восстановлению и развитию представлений об иранской национальной идентичности.

Великий британский и американский историк Бернард Льюис пишет: «Иран был исламизирован, но не арабизирован. Персы остались персами. После периода молчания Иран возник как отдельный значимый элемент в исламе, добавляя новые элементы и в сам ислам. Иранская цивилизация внесла значимый культурный, политический и даже религиозный вклад в исламскую цивилизацию. Работы иранцев мы можем видеть во всех областях культуры, даже в арабской поэзии. Иранский ислам по сути стал вторым пришествием ислама, новым исламом, который иногда называют „ислам аджамцев“. Скорее персидский ислам, а не арабский, был принесен новым народам и территориям: тюркам в Центральной Азии, а потом и на Ближнем Востоке в страну, которая теперь называется Турцией и, конечно же, в Индию. А Османские турки принесли свою форму иранской цивилизации к стенам Вены».

 

Материалы по теме:

Как персидский язык повлиял на арабский?

Почему арабы смогли завоевать Иран?