Несмотря на меняющиеся условия, базары по-прежнему являются сердцем торговли в Иране, пишет Чингиз М. Варзи для Middle East Eye.

«Не отпускай мою руку, иначе заблудишься». Ребенок на базаре в любом иранском городе слышит эту фразу тысячу раз. Даже днем на крытом рынке, где люди постоянно толкают друг друга, протискиваясь по узким коридорам, может быть темно. Продавцы громко кричат, рекламируя свои товары, а носильщики выкрикивают: «Йа Аллах, йа Аллах», прося освободить дорогу для их тележек.

Несмотря на этот хаос, иранские базары по-своему изысканны, волшебны и очаровательны. Когда проходишь по их коридорам, бросаются в глаза небольшие живописные и спокойные тимче и сарай – склады или места отдыха торговцев.

Коммерческая деятельность, без сомнения, является главной целью персидского базара, но далеко не единственной. Он также имеет жизненное значение для сплоченности общества, функционируя как центр социальной, культурной, религиозной, политической и гражданской активности. На базарах Ирана можно найти школы, мечети, чайханы, караван-сараи и даже благотворительные центры.

В прошлом веке политическая функция базара была более заметна. Например, когда в 1905 году началась Конституционная революция, забастовки на Большом базаре Тегерана помогли реформистам внести изменения в первую конституцию Ирана.

Три года спустя, когда Мохаммад-Али-шах обстрелял парламент в Тегеране, революция продолжилась при руководстве и поддержке тебризского базара.

Тебризский базар также сыграл значительную роль во время национализации нефтяной промышленности в начале 1950-х годов. Мир Хасан Ясейеди, 90-летний торговец коврами из Saray Mirza Shafie, хорошо помнит те дни. Ему было 12 лет, когда он начал работать у своего отца, который торговал кожей и был одним из последователей конституционалистов. Сам Мир Хасан стал сторонником первого демократически избранного премьер-министра Ирана Мохаммеда Мосаддыка (1951-1953).

«Когда началась борьба за национализацию нефтяной промышленности, весь базар поддержал премьер-министра. Некоторые сторонники Мохаммад-Реза-шаха пытались силой открыть магазины, но мы продолжали забастовку, пока Мосаддык не одержал победу», – вспоминает Ясейеди, стоя под старой фотографией упомянутого политического деятеля, висящей на стене в его лавке.

Хадж Казем, чья лавка расположена в самом сердце Большого базара Тегерана, продает чай в чайном домике площадью два квадратных метра.

Забастовки на базарах всегда были явным признаком конфронтации между власть имущими и экономически влиятельными торговцами, олицетворяемыми базаром. Революция 1979 года – еще один пример того, как поддержка торговцев Тегерана, Исфахана, Тебриза и Шираза помогла в свержении шаха. Даже сегодня любая забастовка на базаре свидетельствует о недовольстве торговцев экономическими решениями политиков.

Чтобы влиться в жизнь базаров таких городов, как Тебриз и Зенджан, также необходимо умение общаться и торговаться на азербайджанском языке. В Исфахане, который является популярным направлением для туристов из других мест Ирана, наличие исфаханского акцента является большим преимуществом, так как вам обязательно снизят цену. Это только некоторые примеры различных культурных, исторических и социальных слоев, которые формируют персидские базары, поскольку каждый из них имеет свои собственные субкультуры и субобщества.

Но иногда даже знание языка может мало помочь в понимании того, что происходит в разных уголках базаров. Например, каждый день около полудня группа молодых людей с калькуляторами в одной руке и блокнотами в другой собирается у Сабзе Мейдуна, одного из главных входов на Большой базар в Тегеране. Хотя они выглядят вполне презентабельно и серьезно, на самом деле они являются нелегальными торговцами иностранной валютой, которые фактически влияют на ежедневные цены, устанавливаемые правительством. Молодые люди выкрикивают цифры и названия, покупая и продавая разные денежные единицы. Они используют свой жаргон, который звучит бессмысленно для посторонних. Но к посторонним они могут быть недружелюбны и грубо реагируют на попытки фотографировать их.

В отличие от продавцов валюты, другие торговцы известны своим гостеприимством и отзывчивостью. Хадж Казем, чья лавка расположена в самом сердце Большого базара Тегерана, продает чай в чайном домике площадью два квадратных метра. Когда местные носильщики останавливаются, чтобы выпить стаканчик чая, он берет с них значительно меньше, чем с остальных.

В совсем другом конце базара от крохотной чайханы Хадж Казем возле красочных ореховых лавок и ароматных аттари (традиционных персидских травяных и парфюмерных лавок) мое внимание привлекает глубокий голос мужчины, поющего на фарси.

В хозяйственную лавку Хадж Мансура входит слепой старик с большой белой бородой – он поет народные и религиозные песни в надежде получить пожертвования от торговцев. Хотя бедность является острой проблемой в сегодняшнем Иране, попрошайничество здесь практически не встречается. Однако часто можно увидеть уличных певцов, желающих подзаработать.

Хадж Мансур, который 39 лет назад начал работать на базаре мальчиком на побегушках, просит своего молодого помощника оплатить слепому певцу счета за электричество и воду. «На базаре изменилось все: не только здания и памятники, но и отношения с манерами», – говорит Хадж Мансур после того, как старик покидает его магазин. Он вспоминает старые времена, когда не было таких трудностей, и добавляет: «Сейчас никому нет дела до других».

 

http://islamosfera.ru/tradicionnyj-bazar-do-six-por-procvetaet-v-sovremennom-irane/